Кочаковский Некрополь (Семейное кладбище Толстых) часть 1

Наиболее древним памятником в этой части кладбища, существующим более ста лет является фамильный склеп Толстых, представляющий собой кирпичную квадратную часовню с двускатной крышей. Дощатая одностворчатая дверь находится на южной стороне, а единственное полукруглое окно с решеткой выходит на восток. Внутри и снаружи склеп покрашен белой клеевой краской.
В склепе похоронены родители .Л. Н. Толстого: мать Мария Николаевна Толстая, рожденная Волконская (род. М) ноября 1790 г., умерла I августа 1830 г.); отец Николай Ильич Толстой (род. 26 июня 1794 г., умер 21 июня 1837 г.) ч брат Дмитрий Николаевич Толстой (род. 23 апреля 1827 г., умер 22 января 1856 г.). Могилы их находятся под семенными плитами пола и не имеют никаких эпитафий.
„Матери своей я совершенно не помню,—писал Толстой.— Мне было 1,5 года, когда она скончалась”. Но чувство нежной любви к матери проходит через всю его жизнь.
За четыре года до смерти, 10 марта 1906 г., Толстой писал: „Целый день тупое, тоскливое состояние. К вечеру состояние это перешло в умиление—желание ласки-любви. Хотелось, как в детстве, прильнуть к любящему, жалеющему существу и умиленно плакать и быть утешаемым. Но кто такое существо, к которому бы я мог прильнуть так? Перебираю всех любимых мною людей — ни один не годится. К кому же прильнуть? Сделаться маленьким и к матери, как я представляю ее себе.
Да, да, маменька, которую я никогда не называл еще, не умея говорить. Да, она, высшее мое представление о чистой любви,— но не холодной, божеской, а земной, теплой, материнской. К этой тянулась моя лучшая, уставшая душа. Ты, маменька, ты приласкай меня.
Все это безумие, но все это правда”.
Н. Н. Гусев указывает: „Можно предполагать, что в XXVI главе „Детства”, описывая смерть татаn, образ которой имеет много общих черт с характером Марии Николаевны, Толстой пересказал то, что слышал о смерти своей матери”.
В “Воспоминаниях” Толстой писал: „Я очень любил отца, но не знал еще, как сильна была эта моя любовь к нему, до тех пор, пока он не умер”.
Со слов Толстого П. И. Бирюков записал, что „смерть отца была одним из самых сильных впечатлений детства Льва Николаевича. Лев Николаевич говорил, что смерть эта в первый раз вызвала в нем чувство религиозного ужаса перед вопросами жизни и смерти. Так как отец умер не при нем, он долго не мог верить тому, что его уже нет. Долю после этого, глядя на незнакомых людей на улицах Москвы, ему не только казалось, но он почти был уверен, что вот, вот он встретит живого отца. И это чувство надежды и неверия в смерть вызывало в нем особенное чувство умиления”‘.
Описание смерти своего отца Толстым воспроизведено н тексте: «1818 год. Пролог” (отрывки из неоконченного романа „Декабристы”).
О болезни и смерти брата Дмитрия Николаевича Толстой писал: .Он заболел чахоткой, уехал в деревню, лечился в городах и слег в Орле, где я в последний раз видел его уже после Севастопольской войны”.
Умирая, Д. Н. Толстой просил похоронить его в Ясной Поляне, и эта просьба была выполнена.
Некоторые черты характера Д. Н. Толстого нашли отражение впоследствии в описании болезни и смерти Николая Левина в „Анне Карениной”.
Описание склепа, в котором покоятся близкие Толстому мы находим в „Романе русского помещика”:
„Помолившись над прахом отца и матери, вместе похороненных в часовне, Митя вышел из нее и задумчиво на нравился к дому; но, не пройдя еще кладбища, он столкнулся с семейством Телятинского помещика.
— А мы вот отдавали визит дорогим могилкам,— с приветливой улыбкой сказал ему Александр Сергеевич.— Вы, верно, тоже были у своих, Князь?
Но на Князя, находившегося еще под влиянием искреннего чувства, испытанного в часовне, повидимому, неприятно подействовала шуточка соседа; он, не отвечая, сухо взглянул на него…
Можно предположить, что где-то недалеко от фамильного склепа была похоронена экономка из крепостных Волконских, Прасковья Исаевна, которая, как известно, нашла отражение в образе Натальи Савишны в „Детстве”. „…Вся жизнь ее была чистая, бескорыстная любовь и самоотвержение… Ее похоронили, по ее желанию, недалеко от часовни, которая стоит на могиле матушки. Заросший крапивой и репейником бугорок, под которым она лежит, огорожен черною решеткою, и я никогда не забываю из часовни подойти к этой решетке и положить земной поклон. Иногда я молча останавливаюсь между часовней и черной решеткой. В душе моей вдруг пробуждаются тяжелые воспоминания. Мне приходит мысль: неужели Провидение для того только соединило меня с этими двумя существами, чтобы вечно заставить сожалеть о них?..”
В настоящее время этой могилы не существует. С восточной стороны, между склепом и оградой, находится могила деда Толстого по материнской линии, Николая Сергеевича Волконского.
В 1428 голу, к связи с ликвидацией кладбища Спасо Андроньевского монастыря и Москве, прах II. С. Волконского и памятник были перевезены на Конаковское кладбище
Его надмогильный памятник представляет собой закругленную сверху Стеллу из красного мрамора, на которой высечено шрифтом начала XIX века:
.Генерал от инфантерии и кавалер князь Николай Сергеевич Волконской родился 1763 года марта 30 дня, скончался 1821 года февраля 3-го дня’.
Про своего деда Толстой писал: „Детство свое мать прожила частью в Москве, частью в деревне с умным, гордым и даровитым человеком, моим дедом Волконским”. Он был строителем всех расположенных на яснополянской усадьбе зданий, существующих и в настоящее время. „Вероятно у него (Н. С. Волконского — Н. П.),— пишет Толстой,— было очень тонкое эстетическое чувство. Все его постройки не только прочны и удобны, но чрезвычайно изящны. Таков же разбитый им парк перед домом”.

Pages: 1 2 3

Комментарии запрещены.

Используйте поиск