Работа Л.Н. Толстого над рукописями “Войны и Мира” (Часть 4)

Как известно, после выхода романа „1805 год” в издании журнала „Русский вестник” Толстой имел намерение еще раз напечатать роман и его продолжение, над которым усиленно работал, отдельным изданием с иллюстрациями художника Башилова. Но в конце концов он отказался от этого намерения и весь отдался творческой работе над продолжением романа. О труде своем Толстой писал А. А. Фету в декабре 1865 года: „Коли бы можно бы -было успеть 1/100 долю исполнить того, что понимаешь, но выходит только 1/10000 часть. Все-таки это сознание, что могу, составляет счастье нашего брата… Я нынешний год с особенной силой его испытываю”.
На протяжении двух лет (1866 и 1867) шла непрерывная работа над третьей частью первого тома и над вторым томом „Войны и мира”.
Хотя третья часть первого тома и относится по своему содержанию к 1805 году, тем не менее, переходя к событиям следующих лет, Толстой, естественно, отбросил прежнее заглавие и одно время думал назвать весь роман: „Все хорошо, что хорошо кончается”. Он надеялся тогда закончить весь роман к 1867 г., о чем известно из его письма к Фету от 10—20 мая 1867 г. Но предположение это не оправдалось: в конце ноября 1867 года была закончена только первая половина романа.
По многочисленным рукописям видно, что работа над продолжением романа и исправлением копий шла почти одновременно и вперемежку. Вследствие этого при рассмотрении творческого процесса по рукописям разграничить автографы и копии невозможно. Очевидно, после написания черновиков I и II глав части 3 первого тома, которые тут же были переписаны, вся дальнейшая работа, кончая второй частью второго тома и отчасти третьей, в 1866 г. продолжалась уже по копиям, которые после новых исправлений, как всегда, еще и еще переписывались и перерабатывались.
Ярким примером труда Толстого могут служить варианты встречи князя Андрея с зазеленевшим дубом и живительного действия на князя Андрея этого дуба3. Эта ионическая сцена III главы ч. 3 второго тома впервые была написана на полях зачеркнутой копии и в позднейших ;” I описях получила дальнейшую разработку.
Хотя в первом автографическом наброске продолжения романа (рукопись № 89), написанном ранее, и есть рассказ о дубе, взволновавшем князя Андрея, но упоминалось об этом совсем в другом контексте. По первоначальному автографу князь Андрей из Москвы поехал не за границу, как в дальнейших вариантах и в окончательном тексте, а весной 1812 г. отправился в Турцию, где в армии Кутузова командовал полком. Во время стоянки полка на Дунае, рассказывается в варианте, князь Андрей отправился верхом по окрестностям. Когда он проезжал молдавскую деревню, его внимание привлек „народ сытый, отпоенный вином, южный, …одна цыганка с стоячими грудями из-под посконной белой рубахи, рябая и счастливая… Ему было весело. Он улыбался. Но грустно стало, что его боятся. Он был в том состоянии яркого наблюдения, которое было с ним на Аустерлицком поле, у Ростовых. Он въехал в лес. Молодая листва дубов. (Его парило, наконец и он распустился!) Тень и свет колыхали теплый, душистый воздух… „Есть же”, думал он, „истина и любовь, и путь верный и счастливый в жизни. Где он, где он?” Он слез с лошади, сел на траву и заплакал. „Лес теплый, душистый. Цыганка с грудями. Небо высокое и сила жизни и любви, и Pierre, и человечество, Наташа. Да, Наташа — я люблю ее сильнее всего в мире. Я люблю тишину, природу, мысль”. И вдруг, прежде он не знал, что с собою сделать, заторопился, встал и поехал веселый, счастливый домой. Приехав домой, он сел и написал две бумаги, одну… об отставке, другая-—письмо к графу Ростову, в котором он официально просил руки его дочери с вложенной запиской к Наташе, по французски”.
После этого места на полях рукописи, очевидно, для памяти, чтобы развить после, написано: „Дуб”. Далее на полях есть вторая рабочая заметка, очевидно, тоже для дальнейшего развития текста. „Нет, дуб и груди цыганки солгали”, думает князь Андрей. „Это не то было — не то. Но что же?” Он взглянул на небо и увидал комету. Остановка кометы возбуждает к деятельности…”1
Этим вариантом в дальнейшем писатель не воспользовался. Лишь отдельные места из него нашли отражение в последующей работе.
Так, например, начало варианта, где рассказывается о популярности князя Андрея в качестве полкового командира, о его простых отношениях с подчиненными — офицерами и солдатами, прозвавшими его „наш князь”, в переработанном виде вошло в главу V ч. 2 третьего тома. Встреча князя Андрея в лесу с дубом и дальнейшая художественная обработка этого места отнесена к главе III ч. 3 второго тома и перенесена из Молдавии в Рязанскую губернию —сцена возвращения Болконского от Ростовых. Комету, возбуждающую к деятельности, по дальнейшим рукописям и окончательному тексту видит не князь Андрей, а Пьер Безухов в Москве,, зимой, в начале 1812 года (конец гл. XXII, ч. 5, т. II.).
Особенно много труда положил Толстой на разработку сюжетной стороны и на художественную отделку конца второго тома — рассказа об’ увлечении Наташи Анатолем Курагиным (по первому изданию это был третий том „Войны и мира”). Толстой считал эту часть „самым трудным местом” и „узлом всего романа”. Рукописи, относящиеся к главам XIII—XXII части 5 второго тома, чрезвычайно сложны. В 13-м томе Полного собрания сочинений, в извлечении из рукописей, относящихся к этому месту романа, напечатано 12 вариантов (варианты №№ 144—152, 157—159).
Работа Толстого над рукописями — бесконечное их исправление, сокращение и пополнение-—продолжалась обычно до опубликования произведения. Писатель не раз говорил о том, что пока рукопись у него в руках, он не может оставить ее в покое и не может ее бесконечно не переделывать. Об этом Толстой писал еще в январе 1865 г. издателю „Русского вестника” Каткову, где печатался „1805 год”-’, и в позднейших письмах к П. И. Бартеневу, который вел корректуру первого издания „Войны и мира”.
Неустанно исправляя прежние рукописи, Толстой вместе с тем в ноябре 1865 г. приступил к писанию новой большой рукописи, начав ее с текстов, относящихся частично ко 2-й части, но главным образом, к 3, 4 и 5 частям второго тома и, далее, к третьему и четвертому томам. Рукопись эта представляет собою автограф на 333 лис эх, исписанных с двух сторон. Она, видимо, находилась в поле зрения автора на всем последующем

Pages: 1 2

Комментарии запрещены.

Используйте поиск