«Единственный министр» Толстого

Фото из семейного архива Л. Н. Толстой с В. Г. Чертковым

Л. Н. Толстой с В. Г. Чертковым в 1906 году.


Жизненый треугольник Толстого
Уход Л. Н. Толстого из Ясной Поляны не на шутку взбудоражил все российское общество и оставался одной из злободневных тем в прессе после его похорон. Этот интерес день ото дня расширялся. И хотя число вовлеченных в дискуссию людей увеличивалось, главными действующими лицами в скандальном деле по-прежнему оставались Лев Толстой, Софья Андреевна, Чертков. Страсти накалялись вокруг своеобразного треугольника день ото дня.

По свидетельству верного ученика Льва Николаевича – Алексея Сергиенко, который вел дневники и помогал в переписке 26-27 апреля 1910 года, Лев Николаевич сказал: «Знаю, что никто меня так не любит, как Владимир Григорьевич». А совсем незадолго до своей кончины Толстой выразился по-французски: «Если бы не было Черткова, его надо бы было выдумать. Для меня по крайней мере, для моего счастья».
Во время болезни Толстого в Астапово ею лучший друг и душеприказчик неотлучно находился возле него до самой кончины. Владимир Григорьевич был первый из окружения смертельно больного писателя, которого он пожелал видеть у своей постели. Приехавшая в Астапово и не допущенная к супругу графиня Толстая, яростно ненавидевшая Черткова, метала громы и молнии, сыпала на его голову всевозможные проклятия.
Владимир Григорьевич изо всех сил старался не попадаться ей на глаза в доме Озолина.
Чертков и Софья Андреевна отчаянно боролись друг с другом. Семья Толстого и его окружение разделились на два лагеря. Илья, Андрей, Михаил, Лев – за мать. В лагерь Черткова входили Гольденвейзер, Феокритова, Маковицкий, секретари Толстого, Александра Львовна. Сергей и Татьяна держали нейтралитет. Лев Львович целиком и полностью поддерживает мать.
16 ноября 1910 года в «Новом времени» он опубликовал письмо: «На одного Черткова падает поэтому вина преждевременной смерти отца. На его тщеславие, безгранично одностороннее и неумное влияние, под которым жил последние годы своей жизни, а особенно – месяцы, мой старый бедный отец».
Несколько позже, 22 ноября, перед отъездом в Париж, он дал интервью: «Только завещание, скрываемое под давлением Черткова от семьи и порождавшее душевные муки отца, было причиной ухода его из Ясной Поляны».
После него другой брат, Илья, в ответ на это письмо распространил в ряде газет высказывание: «…по моему мнению, узкое и пристрастное толкование значения Черткова умаляет величие памяти моего отца». В полемику вступает старший, Сергей Львович: «… я не возражаю на глубоко огорчившее меня письмо моего брата Льва Львовича Толстого о влиянии Черткова на нашего отца лишь потому, что полемику с ним по этому вопросу я считай недопустимой». Через несколько дней с заявлением выступила и дочь Татьяна Сухотина.

Секретное завещание
В семейной распре, безусловно, камнем преткновения послужило завещание Л Н. Толстого, составленное и подписанное в духе особой секретности. Этот документ был написан 22 июля 1910 года примерно в 15 часов, в двух верстах от Ясной Поляны, близ деревни Грумонд – в казенном лесу «Засека».
Лев Толстой, приехавший на лошади, писал на пне, списывая с черновика английским резервуарным пером. Завещание подписано его рукой, а также удостоверено свидетелями: А. Б. Гольденвейзером, А. Д. Радынским, А. П. Сергеенко. К завещанию было приложено дополнительное распоряжение Л. Н. Толстого: «В. Г. Черткову издавать сочинения Льва Толстого на прежних основаниях, то есть не преследуя никаких материальных личных целей».
Владимир Григорьевич Чертков – знаковая личность среди единомышленников Толстого. Ему многое позволялось. Он один мог входить в кабинет Льва Николаевича во время его работы. Считавшийся великим учеником, имел беспрепятственный доступ к дневнику учителя. Даже не будучи рядом, Чертков занимал мысли писателя. Только Чертков мог ослушаться и не согласиться с мнением Толстого. Лев Николаевич как-то попросил ученика присоединиться к обществу борьбы с алкоголизмом, которое пытался внедрить в России, а тот сказал, что не может ничего обещать.

Охотничий хуторок
Жизнь В. Г. Черткова, друга и издателя Л. Н. Толстого, тесно связана о соседним Воронежским краем. Здесь находилась его усадьба – охотничий хуторок Ржевск, который он получил в подарок от дяди Михаила – атамана Войска Донского в 1868 году.
Генерал М. И. Чертков участвовал в сооружении железной дороги Воронеж-Ростов, поэтому станция Чертково названа в его честь. Старое название существует и поныне. От дворян Чертковых произошли названия многих сел юга Воронежской области: Екатериновка, Лизиновка, Марьевка, Николаевка… В городе Россошь есть колокольня-храм Александра Невского, построенная Чертковым. Хутор Ржевск исчез с карты, как и многие другие «дворянские гнезда», но фамилия Чертковых известна и теперь.
В их древнем аристократическом роду был обычай, о котором рассказывает П. Д. Чалый в книге «Русские провинциальные усадьбы»: «Чертковы были в генеральских чинах. Когда умирал помещик – передавали в храмы мундиры, шитые золотом, ордена и звезды, чтобы народ видел, какой чести заслужил покойный.
В старой части Россоши сохранились остатки помещичьей усадьбы, а в Лизиновке цела ремесленная школа, открытая для крестьянских детей. В Острогожском музее можно увидеть картину известного русского художника Алексея Кившенко, на которой изображен молодой В. Г. Чертков, получивший самое утонченное аристократическое воспитание, блестящий гвардейский офицер.
И вдруг этот баловень судьбы уходит в отставку и покидает Петербург.
Владимир утратил интерес к светской жизни и поехал в глушь, на хутор. Его одолевали вопросы отношений между господами и крестьянами, произвол властей, несправедливый уклад жизни.
Существует легенда о том, как на балу сама царица одарила красавца-офицера цветком в петлицу, а он от гордости не пожелал быть фаворитом. Душевный разлад привел молодого человека в дом Л. Н. Толстого. Черткову тогда было 29 лет, а Льву Николаевичу – 55. В то время он был автором «Войны и мира», «Анны Карениной».
После первого разговора с великим писателем Владимир записал: «Мы с вами встретились как старые знакомые». Лев Николаевич в письме к другу говорит: «Ваше недовольство собой, сознание несоответственности жизни с требованиями сердца я знаю по себе». Они станут единомышленниками и друзьями на всю жизнь. Причем, младший из них станет самым главным толстовцем.
Чертков перебрался в родительскую усадьбу в Лизиновке Воронежской губернии. Он был поглощен заботами о нуждах крестьян, открывает ссудно-сберегательные товарищества, потребительские лавки, библиотеки, школы, читальни, чайную, построил ремесленную школу. В ней обучали столяров, жестянщиков, сапожников.
Владимир Григорьевич затем покинул свой дом, переселился к учителям ремесленной школы, стал ездить вместе с народом в вагонах 3 класса. Он занимался земской службой, счетоводством, ездил по школам. Чертков послал письмо своему наставнику: «Лев Николаевич, приезжайте, одобрите, помогите». Л Н. Толстой записал в дневнике 23 марта 1894 года: «Я собираюсь ехать к Черткову». 26 марта помечает: “Пишу с Ольгинской, до которой доехал прекрасно… Снегу здесь нет…». Толстой пробыл в гостях у Черткова четыре дня с дочерью Марией, побывал у крестьян и возвратился в Москву.

«Посредник»
Раньше, в феврале 1884 года, Толстой после встречи с Чертковым записал: «Я увлекаюсь все больше и больше мыслью издания книг для образования русских людей». Эта мысль по душе пришлась Черткову. Известный книгоиздатель Иван Сытин вспоминает: «В ноябре 1884 года в лавку на Старой площади зашел очень красивый молодой человек в высокой бобровой шапке, в изящной дохе и сказал: «Моя фамилия Чертков. Я бы хотел, чтобы вы издали для народа вот эти книги». С этого момента начались издания «Посредника». Дешевые, вместе с тем изящные, с рисунками Репина, Сурикова, Кившенко книги пользовались огромной популярностью в народе.
Во время издательской деятельности Владимир Григорьевич встретил свою будущую жену, близкую по духу, -Анну Константиновну Дитерихс, из известного в русской истории рода военных. После женитьбы они переезжают в Ржевск, где располагался «Посредник». На хуторе готовились к печати книги Толстого, Чехова, Короленко, Гаршина, Лескова, Эртеля и других классиков русской литературы, сочинения мыслителей разных стран и народов.
Л. Н. Толстой направлял работу своих помощников и редактировал книги. Он говорил: «Цель наша – издавать то, что доступно, понятно, нужно всем, а не маленькому кружку людей, и имеет нравственное содержание…». На хутор приезжали писатели и художники. Ржевск стал своеобразным очагом культуры. Известный художник-передвижник Н. А.Ярошенко создаёт здесь картины «Курсистка», «В теплых краях». На полотнах запечатлена жена Черткова – Анна Константиновна. Она увлекалась философией, помогла мужу превратить их имение в центр пропаганды христианства.

Главный толстовец
Занимаясь благотворительностью, Чертков помогал крестьянам деньгами, продуктами, одеждой, считал: «Роль благодетеля я не разыгрываю, так как чувствую окрестное население моим благодетелем, а не наоборот».
Мать – Елизавета Ивановна, богатая аристократка, во всем потакала сыну. Она была родственно связана с семьями декабристов. Супруга Александра II императрица Мария Александровна предлагала ей должность статс-дамы во дворце, но она отказалась. После смерти двух сыновей и мужа-инвалида, бывшего генерала Елизавета Ивановна нашла утешение в секте евангелистов и занялась благотворительностью.
В. Г. Чертков решил собрать рукописи Л. Толстого и убедил в этом более близкую по взглядам к отцу Марию Львовну. С этой целью направил в Ясную Поляну человека, который за плату переписывал черновики писателя. Некоторые родственники Толстого заподозрили Черткове в корыстном интересе. Но без его кропотливой и изнурительной работы не было бы 90-томного полного собрания сочинений.
Между тем, власти все внимательнее приглядывались к действиям В. Г. Черткова и его семьи.
Виданное ли дело – в школе ремесленников за их счет ежегодно учили 60 крестьянских детей, мать устроила приемный покой, открыла народную лавку. Крестьянам ежегодно возвращалось десять тысяч рублей из 20 тысяч дохода. В Феврале 1897 года Черткова выслали в Англию за сектантские, духоборческие движения, которые поддерживали толстовцы, но он и там продолжал издавать запрещенные в России книги Толстого, составлял его архив, издавал газету, писал статьи, направленные против самодержавия.
Возвратившись из Англии после десяти лет ссылки, Чертковы поселились в 1907 году вблизи Ясной Поляны. В Англии американцы давали Черткову пять миллионов долларов за архив «великого старца»,но он возвратил рукописи на родину. В семье Чертковых случилось горе – умерла дочь Ольга. Толстой поверял в свою очередь Черткову о драмах в своей семье, потому что они были душевно близки. Незадолго до приезда в Россию Владимир Григорьевич написал однажды своему учителю, что счастлив, обретя в жене духовного спутника и выразил сожаление, что Толстому не повезло.
Письмо прочла Софья Андреевна, она возмутилась. В дневнике 9 марта 1887 года записала: «Это тупой, хитрый и неправдивый человек, лестью опутавший Льва Николаевича, хочет /вероятно это по-христиански/ разрушить ту связь, которая около 25 лет нас так тесно связывала всячески… Отношения с Чертковым надо прекратить. Там все ложь и зло, а от этого подальше». Значительно раньше Софья Андреевна была иного мнения о нем: элегантен, умен, образован.
Л. Н. Толстой относился к Черткову с чрезвычайным уважением. Он передал все полномочия в его руки. Ни одна новая строка писателя не могла появиться в печати без разрешения ученика, который только один имел дело со всеми русскими и заграничными издателями. Чертков лично подбирал переводчиков, следил за производством работ по изданию произведений, назначал даты появления в свет публикаций. Его даже называли «единственным министром» Толстого. Несгибаемый, непоколебимый толстовец, пользовался у них невероятным уважением.
Чертковы поначалу жили в Ясенках, что в пяти верстах от Ясной, потом обосновались в Телятинках в двухэтажном доме. На первом этаже жили «соратники» – секретари и другая обслуга. Эти 20 человек презирали собственность и комфорт, спали на полу, на одной соломе. Все обедали за длинным столом вместе с хозяевами, но ели разные блюда, в зависимости от того, кто на какой общественной ступени находится. Простым людям – сторожам, прачкам, работникам подавали кашу с постным маслом, а другим более изысканные блюда, но на это никто не обижался.
Сам Чертков с женой, сыном Владимиром и матерью размещались на втором этаже. Однако сын не хотел ни учиться, ни мыться, говорил, что жить по-мужичьи можно, только полностью опростившись.
После похорон своего великого учителя Чертков остался его верным душеприказчиком, вместе с женой посвятили себя одному делу – изданию сочинений Толстого. В 1918 и 1920 годах в Кремле В. Г. Чертков согласился быть главным редактором по предложению Ленина.
К печати подготовили 90 томов. Чертков держал в руках 72 том полного собрания сочинений, готовый к выходу в свет. Но на момент смерти В. Г. Черткова в 1936 году в возрасте 82 лет, как и Л. Н. Толстой, было опубликовано 15 томов. Сын Черткова Владимир хлопотал о восстановлении усадьбы предков. В 2000 году на месте барского дома установлен памятный камень.

Юрий РУДАКОВ.

Комментарии запрещены.

Используйте поиск