Лев Толстой в Москве (часть I)

Ростовы по приезде в Москву и откуда Курагин пытался похитить Наташу (ныне дом № 7 по Чистому переулку); Арбат, где Пьер Безухое собирался убить Наполеона; Хлебный переулок, где жили Щербацкие; Патриаршие (ныне Пионерские) пруды, «что подле Козихи», памятные по рассказу «Святочная ночь»; Сокольники — «место для поединка между Пьером Безуховым и Долоховым»; Ильинку (ныне улица Куйбышева), Лубянку (ныне улица Дзержинского), Б. Никитскую (ныне улица Герцена), Калужскую (ныне Ленинский проспект), Мещанскую (ныне проспект Мира), Моховую (ныне проспект Маркса), Кудрино (ныне площадь Восстания), Фили, Новодевичий и Никитский монастыри и церковь на Воробьевых горах, Красную площадь с храмом Василия Блаженного и Лобным местом, Ивановскую площадь в Кремле с «незаезженным снегом», кремлевские стены, башни и храмы.

Кремль упоминается Толстым особенно часто; это объясняется тем местом, какое он занимал в московской жизни. Кроме того, и жизнь самого Толстого в конце 50-х — начале 60-х годов оказалась связанной с Кремлем, поскольку писатель часто бывал в семье жившего здесь в качестве врача придворного ведомства А. Е. Берса. В 1862 году Толстой женился на его дочери— Софье Андреевне и после венчания, происходившего тоже в Кремле, в дворцовой церкви Рождества богородицы, уехал с молодой женой в свое имение Ясная Поляна.

Работая в последующие годы над «Войной и миром», писатель приезжал в Москву очень редко: для сбора материалов; чтобы встретиться с художником М. С. Башиловым, иллюстрировавшим роман; для переговоров с книгопродавцами; на выставку скота в Зоологическом саду и т. п. Останавливался чаще всего у Берсов в Кремле, в здании около Троицких ворот, иногда же и в других местах: в гостинице Шевалье, в доме Хлудова на Большой Дмитровке (ныне дом № 7 по Пушкинской улице), где он снимал бельэтаж, в квартире на Средней Кисловке.

Только по делам бывал Толстой в Москве и в 70-е годы. Вплотную приступив к работе над романом «Декабристы», он приезжал сюда повидаться с вернувшимися из ссылки декабристами — П. Н. Свистуновым, который жил в Гагаринском переулке в доме, принадлежавшем ранее князю Гагарину и его жене, знаменитой трагической актрисе Семеновой (ныне дом № 25 по улице Рылеева), с А. П. Беляевым (встреча происходила у Свистунова), с М. И. Муравьевым-Апостоломи М. И. Бибиковым, которые жили на Малой Дмитровке (ныне на этом месте стоит дом № 23 по улице Чехова).

Кроме того, в 70-е годы Толстой печатал в Москве второе издание «Войны и мира», «Анну Каренину», «Азбуку», «Книги для чтения» и приезжал сюда для работы в архивах и библиотеках, для встреч с типографщиками и книгопродавцами. Во время этих наездов писатель посетил несколько заседаний Общества любителей российской словесности, а на одном из них, 16 февраля 1875 года, прочитал отрывок из «Анны Карениной». (Позднее, 30 марта 1886 года, также на заседании этого Общества, он читал «Смерть Ивана Ильича».) Выступал Толстой и на заседаниях Московского комитета грамотности (они проходили на Смоленском бульваре, ныне дом № 19) и, основываясь на собственной педагогической практике, доказывал преимущества буквенного способа обучения грамоте (который он называл «способом народа русского») перед звуковым. Чтобы продемонстрировать свой метод обучения грамоте, Толстой побывал в школе при фабрике Ганешина (на Девичьем поле); ездил к этнографу Бессонову, совместно с которым намеревался организовать Общество любителей русского народного пения; посетил Политехническую выставку, открытую в Александровском саду в память двухсотлетия со дня рождения Петра I, и т. д.

И еще одна, очень важная причина заставляла Толстого все чаще наведываться в Москву: предстояло что-то предпринять для продолжения образования незаметно выросших детей. Старшая дочь Татьяна проявляла способности к живописи и хотела получить художественное образование; старший сын Сергей собирался поступить в Московский университет; сыновьям Илье и Льву надо было подыскать в Москве учителей или отдать их в гимназию. И семья Толстых решила переехать в Москву.

Сперва, в 1881 году, они сняли дом поблизости от Садового кольца в районе старых дворянских особняков, располагавшихся между Поварской и Остоженкой (нынешние улицы Воровского и Метростроевская). Дом этот принадлежал княгине С. В. Волконской и находился в Денежном переулке. Внимание Толстого он привлек потому, что находился рядом (или, как говорил Толстой, «забор о забор») с лучшей в Москве частной гимназией Л. И. Поливанова, расположенной па углу Денежного переулка и Пречистенки (ныне дом № 32 по Кропоткинской улице).
Вначале Лев Николаевич предполагал отдать сыновей в государственную гимназию, но там от него потребовали подписку о «благонадежности» поступающих. Возмущенный Толстой заявил: «Я не могу дать такую подписку даже за себя, как же я ее дам за сыновей».

К сожалению, дом в Денежном переулке оказался слишком шумным, «как бы карточным», по выражению Софьи Андреевны, жены писателя. «Расположение комнат было таково, что в каждой комнате шум и Разговор из других комнат был слышен» . В таких условиях писатель совершенно не мог работать и начал подыскивать другую квартиру. Временно же снял за шесть рублей в месяц две маленькие тихие комнаты во флигеле, стоявшем во дворе дома, где продолжала жить его семья.

Только весной 1882 года Толстой нашел подходящий дом. Это был дом № 15 по Долгохамовническому переулку, который принадлежал мелкому дворянину, коллежскому секретарю И. А. Арнаутову и продавался за 27 тысяч рублей с «переводом долга», то есть с выплатой в рассрочку.

«Отцу нравилось уединенное положение этого дома и его запущенный сад размером почти в целую десятину (больше гектара)», в котором, «по его словам, было густо, как в тайге» — вспоминал С. Л. Толстой.

Pages: 1 2 3 4 5

Комментарии запрещены.

Используйте поиск