Архив рубрики «Толстой, взгляд из 70-х годов XX века»

Прус и Толстой, и Пруст о Толстом (часть 1)

В литературоведении (в частности, в сравнительном литературоведении) есть область неторопливо созревающих тем. Для обращения к ним необходима известная временная дистанция, благоприятствующая обретению в достаточной мере объективного взгляда на сложные, своеобычные литературные явления, которые в момент своего почти всегда неожиданного возникновения вызывают у современников чувство растерянности и озадаченности. Здесь, как правило, начинается довольно болезненный процесс адаптации, классификации явления, когда приходят ученики, подражатели, продолжатели, которые порою еще более все запутывают, невольно или намеренно, когда критику бросает то в жар неумеренных восторгов, то в холод полного отчуждения.
Марсель Пруст проходил через такой болезненный этап главным образом после своей смерти, не имея, естественно, возможности выразить к нему свое отношение. Этот этап затянулся на несколько десятилетий. Затянулись и споры, с ним связанные.
Пруст оказался между двух огней. Для приверженцев литературного авангарда, которые первоначально находили в нем своего предшественника, он был слишком «старомодным» романистом; для последователей устоявшихся традиций реалистического романа прошлого века — слишком «новаторским». Прочитать остальную часть записи »

Портреты и Автопортреты. Томас Манн о Толстом (часть 2)

Чтобы изобразить человека, художник пытается перевоплотиться в него, представить себя на его месте. При этом иные собственные черты художника порой невольно навязываются модели, и портрет иногда невольно вторгается в область автопортрета.
Образ Толстого-человека Манн лепит из того же материала, из какого были уже вылеплены Ганно и Томас Будденброки и будут вылеплены Гёте в «Лотте» и Леверкюн в «Фаустусе»,— из материала собственного «я». Принцип самовыражения через психологический портрет Толстого дает себя, в частности, знать в пространстве и, я бы сказал, в топе тех мест очерка, которые посвящены автобиографическому началу в творчестве Толстого. Это топ лирического отступления.
То, что говорит Манн о Прочитать остальную часть записи »

Портреты и Автопортреты. Томас Манн о Толстом (часть 1)

Если собрать все, что написал Томас Манн о Толстом, получится не такая уж тонкая книжка. Ни об одном ненемецком художнике он не высказывался так подробно и постоянно, да и из немецких разве только одному Гёте посвятил больше страниц, чем — говоря его, Майна, любимыми тургеневскими словами — «великому писателю русской земли».
С одной стороны, это неудивительно. Прежде всего питому, что среди литературных современников Манна, которому в год смерти Толстого исполнилось уже тридцать пять лет, не было другого такого всемирного властителя дум. Толстой, и в первую очередь Толстой, несший на своих плечах «огромные глыбы эпоса», как был «опорой», «школой», «источником сил» для молодого автора «Будденброков», так и остался для Прочитать остальную часть записи »

Хемингуэй и Толстой: традиции и сближения.

В американской реалистической литературе нашего времени трудно найти хотя бы одного крупного художника, который в своей творческой практике не обращался бы прямо или косвенно к художественному опыту Толстого. Внимание, которое проявляли к Толстому У. Д. Хоуэллс, Ф. Моррис, С. Крейн, а позднее Т. Вулф, Дос Пассос и другие, не было случайным. Видный американский критик Ван Вик Брукс, говоря о духовной атмосфере, царившей в литературных кругах Америки последних десятилетий прошлого века, отмечал напряженный интерес к личности и творчеству Льва Толстого.
Вопрос о традициях Толстого в реалистической литературе США уже затрагивался в работах Т. Мотылевой, А. Елистратовой, И. Кашкина, Д. Затонского, Я. Засурского. Тем не менее роль русской классики в литературном процессе США остается до сих пор мало исследованной. Прочитать остальную часть записи »

Толстой и Фолкнер (часть 2)

Среди этических ценностей, которым Фолкнер придавал особо важное значение, главное место занимают стойкость, выдержка, способность выстоять в любых условиях, сохранить лучшие человеческие качества в самых бесчеловечно тяжелых и унизительных обстоятельствах.
Эта тема — характерно фолкнеровская, неоспоримо ему принадлежащая, ни от кого не; заимствованная. Обычно писатель выдвигает па первый план те ценности, которые считает наиболее ваншыми.
Для Достоевского такой основополагающей моральной ценностью была способность к состраданию. Прочитать остальную часть записи »

Толстой и Фолкнер (часть 1)

Толстой и Фолкнер — эти два имени, возможно, покажутся кому-то несопоставимыми. В самом деле, нельзя отрицать того, что многое разделяет этих писателей; недаром так часто в литературных дискуссиях их противопоставляют друг другу. Творчество Толстого — одно из величайших достижений классического реализма, ставшее как бы его символом. О Фолкнере еще продолжают вестись споры: сказалось ли на нем влияние модернистской эстетики? Был ли он реалистом с самого начала или только «шел к реализму»? Если шел, то чего было больше на атом пути: утрат пли завоеваний? Толстой для многих — олицетворение традиции; Фолкнер— воплощение эксперимента. Толстой доступен и понятен всем: от академика до школьника; перед Фолкнером порой пасовали даже опытные профессиональные критики: Прочитать остальную часть записи »

Используйте поиск